Бунин деревня краткое содержание, Деревня (повесть, ) — Википедия
![Бунин деревня краткое содержание](https://spiritfamily.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/zufom.jpg)
В году эмигрировал во Францию. В своем «деревенском» произведении И. Выход в тираж» [].
Перо мастера смело, глубоко и рельефно показывает панораму архаичной, "пещерной", нищей уездной жизни. Трагедийное полотно прозябания народа перед читателями раскрывает Бунин.
Люди страдают в омуте бездуховности. Из-за окружающей их лжи, зависти, подлости, ненависти, воровства даже самые яркие из них теряют свою жизненную силу, мечты, устремления. Пытающиеся счастливо построить свою жизнь оказываются бессильными это свершить.
Не приукрашает, не идеализирует жизнь крестьянина, не привносит в нее искусственную и неестественную гармонию Бунин. Оно объемно и панорамно. Автор порой с горькой лирикой, но чаще с беспощадной правдой излагает нам историю жизни двух братьев Красовых: Тихона да Кузьмы, проживающих в деревне с характерным названием - Дурновка.
Это сочинение после его публикации в ноябре года вызвало небывало острую полемику в российском обществе. Даже обвиняемым в ненависти к России был Бунин. Рассказ "В деревне" - произведение гротескное, действительно показавшее обезбоженность русской жизни.
Но ведь правдиво писал Бунин! Верноподданным лжецам, так называемым народникам, не удалось осуществить задуманную ими ярую травлю против Ивана Алексеевича. За будущего лауреата заступился Максим Горький. Как глубоко автор повести ощутил нюансы души народной! Пестрая душа! То чистая собака человек, то Сам над собою плачет.
В молодые годы главные герои повести, братья Кузьма и Тихон, вместе занимались торговлей. Впрочем, недолго. Очень уж разными они были. Меж ними возникла ссора, и каждый пошел своим жизненным путем. Оба брата являются людьми проницательными. Они по сюжету повести выступают не просто участниками, статистами в окружающей реальности, но и дают им глубокую оценку.
Тихон - мужик хозяйственный. Он обладает силой воли и способен осуществлять задуманное: сняв постоялый двор, обустроил там лавку и открыл кабак. Умело ведя хозяйство, заработал средства.
Полученный доход послужил Тихону первоначальным капиталом для того, чтобы приобрести более высокий социальный статус. Он начинает скупать землю и хлеб на корню у помещиков, не обладающих деловой хваткой. В результате своего разумного и целенаправленного хозяйствования Тихон покупает деревенскую барскую усадьбу в Дурновке, где еще его дед был крепостным.
Двух родственников-антагонистов обрисовал в своей повести Бунин "В деревне". Краткое содержание произведения относительно жизненных исканий Кузьмы можно в результате выразить единственным словом - кризис. Он с детства был одержим стремлением учиться. Сосед, сочувствуя, научил его читать и писать. Знакомый старик-гармонист привил ему любовь к литературе.
Кузьма мечтал стать писателем, затем пытался сочинять стихи, чтобы честно рассказывать людям о неприглядности окружающей жизни Сочувственно рассказывает об этом персонаже в своем произведении Бунин "В деревне". Анализ духовных исканий этого наивного анархиста, начинающего поэта "надсоновского" типа, по-русски занимающегося духовным самобичеванием, не может оставить равнодушным.
Кузьма является трагическим персонажем, он пытается стать духовным в бездуховном обществе. Он изначально обрекает себя стать агнцом на закланье, талантом с "обломанными крыльями", истязаемым "судьбой и нуждой". Написанный им рассказ оказался невостребованным. Затем Кузьме удалось издать сборник своих стихов.
Однако он сам понимал, что его попытки слабы с точки зрения уровня написания. Кроме того, писатель-неудачник вынужден тратить больше душевных сил на добывание хлеба насущного, чем на литературу. Его стремление к творчеству не обрело поддержки и помощи. Кузьма запил, осознавая непобедимость человеческого равнодушия. Для себя этот одинокий разуверившийся человек определил две перспективы: монастырь либо самоубийство. Именно в этот критический момент к нему с примирением обратился брат Тихон, предложив стать приказчиком в приобретенном имении.
Приближаясь к полувековому возрасту, старший брат решил примириться с Кузьмой. Он простил ему и другой характер, и другие устремления. Кузьма воодушевился. Наконец ему выпал шанс получать реальный заработок. Днем он вел книги учета, а ночью сторожил имущество.
Однако вскоре осознал, что его старания не приводят к прибыли. Тема деревни в творчестве Бунина реалистична и по-философски правдива: нельзя построить счастья на несчастье другого. Сельская община в начале XX века потеряла свою монолитность, стабильность, издревле скрепляющую всю российскую государственность. Об этой тревожной тенденции писал в своей повести Бунин "В деревне". Отзывы вдумчивых читателей отмечают, что в результате материального и идейного расслоения сельских жителей появились апокалиптические, ненавидящие всех и вся люмпены по типу Дениски.
Сам деревенский нувориш Тихон Красов стал продуктом этого разложения и распада. Ведь, по сути, он построил свое богатство в период всеобщего обнищания, скупая земли и приобретя таким же образом усадьбу. Его благоденствие является недолговечным. Он чувствует это и мучается: даже получив в свои руки богатство, он бессилен остановить этот роковой, апокалиптический декаданс всей России, безудержно влекущий и его, и самого бедного из крестьян Дурновки к обрушению всего государственного устройства.
Тихону так и не удавалось наладить в своем имении нормальное сельскохозяйственное производство, хоть он прилагал много сил, пытаясь организовать его. В своих неудачах он винил несговорчивость и злобу местных мужиков. Очевидно, что усадьбу ему предстоит продать по невыгодной цене.
Реальные, современные ему социальные процессы описывает своей повестью Бунин "В деревне". Краткое содержание этого произведения сводится к тому, что хозяйственный Тихон чувствует себя глубоко несчастным по причинам личным.
Он мечтал о большой семье, однако его жена зачинала лишь девочек, да и те рождались мертвыми. В сущности, новый хозяин барской усадьбы, дожив до пятидесяти лет, страдал от одиночества. Он даже начал выпивать. Так, обсевок какой-то. Тогда Тихон завел себе любовницу из молодых крестьянок, кухарку Авдотью, работающую в усадьбе.
Он согрешил с ней с единственной целью - желая обрести ребенка. Однако и этого не получилось. О связи Авдотьи с Тихоном вскоре узнали крестьяне в Дурновке, и девушка стала изгоем. Так и ходила его пассия: в парадном платке наизнанку. Это не единственный эпизод, когда о произволе в сельской общине упоминает в своей повести Бунин "В деревне". Анализ, произведенный классиком, затронул насущность образования, просвещения крестьян. Автор призывает лучшие умы России способствовать воспитанию духовности, милосердия у простых людей.
Жестоко и эгоистично поступил сельский богач Красов по отношению к молодой женщине Авдотье, сломав ей жизнь из-за желания иметь детей. Не любил он ее. Возможно, поэтому, когда его брат Кузьма, работая приказчиком, тяжело заболел, от Авдотьи он не получил ни помощи, ни сочувствия. Наоборот, женщина ушла из имения, оставив его одного, немощного на произвол судьбы. В дальнейшем Тихон, ощущая свою личную вину перед этой женщиной, решает все-таки обустроить ее жизнь, выдав замуж.
Однако его желание совершить добро заканчивается очередной бедой для Авдотьи. Единственным парнем, соблазнившимся на деньги Тихона и согласившимся жениться, оказался окаянный Дениска. Он вполне способен забить до смерти свою супругу. Девушка боится этого изувера. Это произведение, несмотря на его кажущуюся локальность события происходят в деревне Дурновке , заставляло задуматься о судьбах всей страны.
Глубоко осознав грядущие вызовы времени, с беспощадной правдивостью писал Бунин. В деревне отзывы интеллигенции были единодушны лучшим силам оссийского общества во избежание социальной катастрофы срочно следовало начинать реформы.
Факт остается фактом: до "Деревни" Бунина никто в России всерьез не изучал проблематику крестьянства. Возможно, поэтому писателя и избрали почетным членом Российской Академии наук.
Наиболее проницательную рецензию повести дал Максим Горький. Он понял: Бунин своим сочинением писал не о конкретных мужиках или деревне, он во всю силу своего таланта спрашивал накануне грядущей социальной катастрофы: "Быть России или не быть?
Удивительно целостно создал Бунин произведение "В деревне". Его композиция включает множество вставных сцен с самыми разными второстепенными персонажами, гротескно характеризующими общее падение нравов и появление разрушительных акцентов в народном характере. Бунин максимально усиливает его в финальной сцене. Жутко мчатся свадебные сани, везущие жену - изгоя деревни да жениха-изувера - посреди страшной вьюги.
Вскоре туда же прибыла и Варвара [31]. Попытка создать семью на новом месте не удалась: Бунин много времени отдавал встречам с представителями народнических кружков, общался с толстовцами , путешествовал [32].
В ноябре года Пащенко покинула Полтаву, оставив записку: «Уезжаю, Ваня, не поминай меня лихом» [33]. Иван Алексеевич настолько тяжело перенёс расставание с возлюбленной, что старшие братья всерьёз опасались за его жизнь.
Вернувшись вместе с ними в Елец, Бунин пришёл в дом Варвары, однако вышедший на крыльцо родственник девушки сообщил, что её адрес никому не известен [34]. Пащенко, ставшая женой писателя и актёра Арсения Бибикова , умерла в году от туберкулёза [35].
По мнению исследователей, отношения с нею запечатлены в художественных автобиографиях Бунина — в частности, в романе « Жизнь Арсеньева » [36]. Люди, знавшие молодого Бунина, характеризовали его как человека, в котором было много «силы жизни, жажды жизни» [37]. Возможно, именно эти качества помогли начинающему поэту, автору единственного в ту пору стихотворного сборника выпущенного в Орле в году тиражом экземпляров и бесплатно рассылавшегося подписчикам «Орловского вестника» [38] довольно быстро войти в литературные круги России конца XIX века.
За неполные две недели, проведённые в столице, он познакомился с критиком Николаем Михайловским , публицистом Сергеем Кривенко , поэтом Константином Бальмонтом , посетил редакцию журнала « Новое слово », встретил в книжном магазине писателя Дмитрия Григоровича семидесятидвухлетний автор « Антона-Горемыки » поразил его живостью взгляда и енотовой шубой до пят , побывал дома у Алексея Жемчужникова и получил от него приглашение на обед [39].
Серия встреч была продолжена в Москве и других городах. Придя к Толстому в его дом в Хамовниках , молодой литератор поговорил с писателем о только что вышедшем рассказе Льва Николаевича «Хозяин и работник» [40]. Позже состоялось его знакомство с Чеховым , который удивил Бунина приветливостью и простотой: «я, — тогда ещё юноша, не привыкший к такому тону при первых встречах, — принял эту простоту за холодность» [41].
Первый разговор с Валерием Брюсовым запомнился революционными сентенциями об искусстве, громко провозглашаемыми поэтом- символистом : «Да здравствует только новое и долой все старое! Довольно быстро Бунин сблизился с Александром Куприным — они были ровесниками, вместе начинали вхождение в литературное сообщество и, по словам Ивана Алексеевича, «без конца скитались и сидели на обрывах над бледным летаргическим морем» [43].
В те годы Бунин стал участником литературного кружка « Среда », члены которого, собираясь в доме Николая Телешова , читали и обсуждали произведения друг друга [44]. Атмосфера на их собраниях была неформальной, и каждый из кружковцев имел прозвища, связанные с названиями московских улиц, — к примеру, Максим Горький , любивший рассказывать о жизни босяков, был наречён Хитровкой; Леонид Андреев за приверженность к теме смерти именовался Ваганьковым; Бунину за худобу и ироничность «досталась» Живодёрка [45].
Писатель Борис Зайцев , вспоминая о бунинских выступлениях в кружке, писал об обаянии Ивана Алексеевича и той лёгкости, с которой тот перемещался по свету [46]. Николай Телешов называл Бунина непоседой — он не умел долго задерживаться на одном месте, и письма от Ивана Алексеевича приходили то из Орла, то из Одессы, то из Ялты [47].
Бунин знал, что имеет репутацию человека общительного, жадно тянущегося к новым впечатлениям, органично вписывающегося в своё богемно-артистичное время. Сам же он считал, что за его стремлением постоянно находиться среди людей стояло внутреннее одиночество:. Это начало моей новой жизни было самой темной душевной порой, внутренно самым мертвым временем всей моей молодости, хотя внешне я жил тогда очень разнообразно, общительно, на людях, чтобы не оставаться наедине с самим собой [48].
Его дочь — девятнадцатилетняя Анна — стала первой официальной женой Ивана Алексеевича. В письме к Юлию, рассказывая о предстоящем браке, Бунин сообщал, что его избранница — «красавица, но девушка изумительно чистая и простая» [49]. В сентябре того же года состоялась свадьба, после которой молодожёны отправились в путешествие на пароходе [50].
Несмотря на вхождение в семью состоятельных греков, материальное положение писателя оставалось тяжёлым — так, летом года он обращался к старшему брату с просьбой выслать «немедленно хоть десять рублей», отмечая при этом: «просить у Цакни не стану, хоть умру» [51]. После двух лет совместной жизни супруги расстались; их единственный сын Николай скончался от скарлатины в году [44]. Впоследствии, уже живя во Франции, Иван Алексеевич признавался, что «особенной любви» к Анне Николаевне у него не было, хотя та была дамой весьма приятной: «Но вот эта приятность состояла из этого Ланжерона , больших волн на берегу и ещё того, что каждый день к обеду была превосходная форель с белым вином, после чего мы часто ездили с ней в оперу» [52].
Бунин не скрывал досады из-за слабого внимания критиков к его ранним произведениям; во многих его письмах присутствовала фраза «Хвалите, пожалуйста, хвалите! Не имея литературных агентов, способных организовывать рецензии в прессе, он отправлял свои книги друзьям и знакомым, сопровождая рассылку просьбами написать отзывы [54]. Бунина гладок и правилен, но ведь кто же нынче пишет негладкими стихами?
В году в Санкт-Петербурге вышла вторая книга писателя — «На край света и другие рассказы». На неё откликнулось уже не менее двадцати рецензентов, однако общая интонация была «благодушно-снисходительной» [56]. Кроме того, два десятка отзывов выглядели, по словам Корнея Чуковского , «микроскопически малым количеством» на фоне того резонанса, которое вызывал выход любого из произведений Максима Горького, Леонида Андреева и других «любимцев публики» рубежа веков [57].
Определённое признание пришло к Бунину после выхода поэтического сборника «Листопад», выпущенного символистским издательством « Скорпион » в году и ставшего, по замечанию Владислава Ходасевича , «первой книгой, которой он обязан началом своей известности» [58]. Несколько ранее — в году — появился бунинский перевод « Песни о Гайавате » Генри Лонгфелло [59] , весьма одобрительно встреченный литературным сообществом [60] [61] [51].
Чехов выполнил эту просьбу, предварительно проконсультировавшись с юристом Анатолием Кони : «Будьте добры, научите меня, как это сделать, по какому адресу посылать.
Сам я когда-то получил премию, но книжек своих не посылал» [62]. В феврале года стало известно, что комиссия по присуждению премии назначила графа Арсения Голенищева-Кутузова рецензентом произведений Бунина. Практически сразу вслед за этой новостью писатель Платон Краснов опубликовал «Литературную характеристику Ив. Сравнив стихи Ивана Алексеевича с сочинениями Тютчева и Фета , Краснов констатировал, что, в отличие от них, молодой поэт не умеет «увлечь читателя такой темой, как описания природы» [63].
Голенищев-Кутузов дал иную оценку творчества Бунина — в рецензии, направленной в комиссию, он указал, что Ивану Алексеевичу свойствен «прекрасный, образный, ни у кого не заимствованный, свой язык» [64]. Бунин получил восемь избирательных голосов и три — неизбирательных.
В итоге он был удостоен половинной премии рублей , вторая часть досталась переводчику Петру Вейнбергу [65]. Пушкинская премия укрепила репутацию Бунина как литератора, однако мало способствовала коммерческому успеху его произведений. По свидетельству Корнея Чуковского, в московской гостинице « Метрополь », где размещалось издательство «Скорпион», несколько лет лежали нераспечатанные пачки сборника «Листопад»: «Покупателей на него не нашлось.
Всякий раз, приходя в издательство, я видел эти запылённые пачки, служащие посетителям мебелью». В результате «Скорпион» дал объявление о снижении цены: «Иван Бунин. В октябре года, Бунин, живший той осенью весьма хаотично, «перекочёвывавший из гостей в рестораны», в очередной раз прибыл в Москву и остановился в меблированных номерах Гунста. В числе мероприятий с его участием был запланирован литературный вечер в квартире писателя Бориса Зайцева.
На вечере, состоявшемся 4 ноября, присутствовала двадцатипятилетняя Вера Муромцева , дружившая с хозяйкой дома. После чтения стихов произошло знакомство Ивана Алексеевича с будущей женой [68]. Вера Муромцева — была дочерью члена Московской городской управы Николая Муромцева и племянницей председателя Первой Государственной думы Сергея Муромцева [68].
Её отец отличался весьма спокойным нравом, тогда как мать, по словам Бориса Зайцева, напоминала героиню Достоевского — «нечто вроде генеральши Епанчиной» [69]. Вера Николаевна — выпускница Высших женских курсов — занималась химией, знала несколько европейских языков и на момент знакомства с Буниным была далека от литературно-богемной среды [68] [70].
Современники описывали её как «очень красивую девушку с огромными, светло-прозрачными, как бы хрустальными глазами» [69].
Поскольку Анна Цакни не давала Бунину развода, писатель не мог официально оформить свои отношения с Муромцевой они обвенчались уже после отъезда из России, в году; шафером был Александр Куприн [71] [72].
Началом их совместной жизни стало заграничное путешествие: в апреле-мае года Бунин и Вера Николаевна совершили поездку по странам Востока. Деньги на вояж им дал Николай Дмитриевич Телешов [73].
В те благословенные дни, когда на полудне стояло солнце моей жизни, когда, в цвете сил и надежд, рука об руку с той, кому Бог судил быть моей спутницей до гроба, совершал я своё первое дальнее странствие, брачное путешествие, бывшее вместе с тем и паломничеством во святую землю [74]. Неудачный опыт сотрудничества со «Скорпионом» заставил Бунина отказаться от дальнейшей работы с символистским издательством; как писал сам Иван Алексеевич, в определённый момент он утратил желание играть с «новыми сотоварищами в аргонавтов, в демонов, в магов» [75].
В году у него появился другой издатель — петербургское товарищество « Знание ». В течение восьми лет оно занималось выпуском собрания сочинений писателя. Наибольший резонанс вызвал выход 3-го тома, содержавшего новые стихотворения Бунина , тираж экземпляров, цена 1 рубль [76] [77]. Осенью года или зимой следующего 3-й том вместе с переводом байроновского «Каина» был отправлен Буниным в Академию наук для выдвижения на очередную Пушкинскую премию.
Спустя два года жена Куприна — Мария Карловна — сообщила Ивану Алексеевичу, что члены комиссии не получили его книг, а потому вероятным претендентом на награду считается Валерий Брюсов. Накладка, возможно, произошла из-за того, что рецензентом произведений Бунина был назначен Пётр Вейнберг, скончавшийся летом года; книги, взятые им для изучения, оказались потерянными.
Бунин быстро отреагировал на информацию, полученную от Куприной: он повторно послал в Академию наук 3-й и 4-й тома своих сочинений, а также письмо с необходимыми пояснениями [78]. В феврале года великий князь Константин Константинович , ставший новым рецензентом произведений Бунина, подготовил отзыв о его сочинениях. В отчёте отмечалось, что кандидат на премию — не начинающий автор, а стихотворец, «победивший чёрный труд изложения поэтической мысли столь же поэтической речью».
В то же время, по замечанию рецензента, реалистическое описание внутренних переживаний его лирического героя порой граничит едва ли не с цинизмом — речь, в частности, шла о стихотворении «Одиночество» [79]. Обстоятельный анализ, в котором перечислялись и другие «шероховатости» туманность мысли, неудачные сравнения, неточности, обнаруженные при сопоставлении переведённого «Каина» с подлинником , завершался вердиктом: произведения Бунина, представленные в комиссию, не заслуживают премии, однако вполне достойны «почётного отзыва» [80].
Эта рецензия не повлияла на результаты голосования, и уже в начале мая Александр Куприн, получивший сведения о предварительных итогах конкурса, сообщил Бунину, что им обоим присуждена половинная Пушкинская премия; в письме шутливо отмечалось: «Я на тебя не сержусь за то, что ты свистнул у меня полтысячи» [81].
Бунин в ответ заверил товарища, что доволен сложившейся ситуацией: «радуюсь… тому, что судьба связала моё имя с твоим» [82]. Отношения Куприна и Бунина были дружескими, но в них тем не менее всегда присутствовал элемент лёгкого соперничества [72].
По характеру они были разными: Александр Иванович навсегда сохранил в себе качества «большого ребёнка», тогда как Иван Алексеевич, рано ставший самостоятельным, с юношеских лет отличался зрелостью суждений [83].
По воспоминаниям Марии Карловны Куприной, однажды во время обеда в их доме Бунин, гордившийся своей родословной, назвал её мужа «дворянином по матушке». В ответ Куприн сочинил пародию на рассказ Ивана Алексеевича « Антоновские яблоки », озаглавив её «Пироги с груздями»: «Сижу я у окна, задумчиво жую мочалку, и в глазах моих светится красивая печаль…» [84].
В октябре было официально объявлено, что Пушкинская премия за год поделена между Буниным и Куприным; каждый из них получил по рублей [85]. Менее чем через две недели из Академии наук поступило новое известие — об избрании Бунина почётным академиком по разряду изящной словесности. Соответствующее представление было сделано ещё весной писателем Константином Арсеньевым , который в характеристике, направленной в Академию, указал, что произведения Бунина отличаются «простотой, задушевностью, художественностью формы» [86].
Во время выборов в почётные академики за Ивана Алексеевича было отдано восемь голосов из девяти [87]. Некоторые произведения Ивана Алексеевича например, рассказ «Братья» были написаны под влиянием путевых впечатлений [89]. В этот период вышли получившие много откликов рассказы « Господин из Сан-Франциско » , «Грамматика любви» , « Лёгкое дыхание » , «Сны Чанга» [90] , а также сборник « Чаша жизни ».
Несмотря на творческие успехи, настроение писателя было пасмурным, о чём свидетельствовали его дневниковые записи, сделанные в году: «Душевная и умственная тупость, слабость, литературное бесплодие всё продолжается». По признанию Бунина, его усталость во многом была связана с Первой мировой войной , принесшей «великое душевное разочарование» [91]. Осенью года после сообщений об обстреле Реймсского собора со стороны Германской империи Бунин составил обращение «По поводу войны.
От писателей, художников и артистов» с осуждением «германцев», называвшихся единственными виновниками войны, уничтожавших ценности «ради несбыточной надежды владычествовать в мире насилием»; жестокости «германцев» противопоставлялись «мир и освобождение» со стороны Антанты, руководимой «лишь священными чувствами». Февральская революция наравне с мировой войной воспринималась Буниным как предзнаменование крушения России; деятельность Временного правительства тоже вызывала неприятие.
В апреле из-за разницы взглядов на революционные процессы произошёл полный разрыв его отношений с Горьким [94]. Дневник, который Иван Алексеевич вёл в —х годах, стал основой для его книги « Окаянные дни », названной исследователями значимым документом переломного времени.
Категорически отказавшись принимать советскую власть, Бунин в своих записях фактически полемизировал с написанной в году блоковской поэмой « Двенадцать ». По словам литературоведа Игоря Сухих , в те дни «Блок услышал музыку революции, Бунин — какофонию бунта» [88]. До Одессы — города, хорошо знакомого писателю, — чета добиралась сложными путями: по воспоминаниям Муромцевой, вместе с другими беженцами они ехали в переполненном санитарном вагоне до Минска, затем на несколько дней задержались в Киеве; однажды, отыскивая место для ночлега, попали в сомнительный притон.
Сначала жили на даче за Большим Фонтаном , в октябре переместились на Княжескую улицу в особняк художника Евгения Буковецкого , предложившего им две комнаты. В письме, отправленном критику Абраму Дерману осенью года, Бунин сообщил, что испытывает «непрестанную боль, ужас и ярость при чтении каждой газеты» [98]. В Одессе Бунин прожил почти полтора года — писал статьи для местных изданий, возглавлял литературный отдел газеты «Южное слово», участвовал в деятельности основанного генералом Антоном Деникиным агентства ОСВАГ [99].
В частных разговорах он периодически упоминал о желании вступить в Добровольческую армию []. Прозаик Иван Соколов-Микитов , общавшийся с Буниным в ту пору, рассказывал, что в Одессе Иван Алексеевич находился в крайне угнетённом состоянии [].
Простояв два по некоторым данным — три [] дня на внешнем рейде , судно взяло курс на Константинополь []. Как писала в дневнике Вера Николаевна, людей на пароходе было так много, что для ночлега использовались все палубы, проходы и столы; им с Буниным удалось занять одно тесное спальное место на двоих []. На шестой день «Спарта» сбилась с пути, на седьмой вошла в Босфор , на девятый добралась до Тузлы []. Затем были короткие остановки в Болгарии и Сербии. В конце марта года писатель и его спутница прибыли в Париж [].
Вдруг я совсем очнулся, вдруг меня озарило: да — так вот оно что — я в Чёрном море, я на чужом пароходе, я зачем-то плыву в Константинополь, России — конец, да и всему, всей моей прежней жизни тоже конец, даже если и случится чудо и мы не погибнем в этой злой и ледяной пучине! В первые годы жизни во Франции Бунин мало занимался литературной деятельностью. По предположению поэта Глеба Струве , временное «творческое оскудение» писателя было связано с его острой реакцией на политическую ситуацию в России.
Всё же в году был написан широко известный рассказ «Косцы», ставший отражением любви и душевной боли писателя, вынужденого навсегда покинуть родину []. Тем временем книги Ивана Алексеевича продолжали выходить — в начале х годов в Париже, Берлине и Праге были изданы сборники его рассказов, написанных ещё в дореволюционную пору [].
Определённый перелом произошёл в году. Бунин выступил с докладом, в котором указал, что задача русской эмиграции заключается в неприятии « ленинских заповедей». Отвечая на упрёки тех, кто считал, что люди, не признавшие революцию, «хотят, чтобы реки текли вспять», писатель заметил: «Нет, не так, мы хотим не обратного, а только иного течения… Россия!
Кто смеет учить меня любви к ней? В том же году в Берлине вышел бунинский сборник «Роза Иерихона», в который, наряду с дореволюционными произведениями, были включены стихи и рассказы, написанные во Франции []. Затем были написаны рассказы «Солнечный удар», «Дело корнета Елагина», «Ида» []. В году писатель приступил к работе над романом « Жизнь Арсеньева », в котором начал воспроизводить впечатления, сохранившиеся в памяти с детско-отроческого времени [].
Литературоведы отмечали, что из произведений, созданных в эмигрантский период, напрочь ушёл присущий Бунину прежде социальный посыл, — писатель полностью погрузился в тот «дореволюционный мир, который невозможно было сверить с оригиналом» [88].
В зимние месяцы Бунины, как правило, жили в парижской квартире, расположенной по адресу: улица Жака Оффенбаха, 1. В тёплый сезон семья обычно переезжала в Приморские Альпы , на снимаемую там виллу «Бельведер» в Грасе []. В середине х годов в жизни писателя появилась Галина Кузнецова , которую исследователи называли его ученицей и «грасской Лаурой» [].
Кузнецова — жена офицера Д. Петрова — вместе с мужем покинула Россию в году. Весной года она рассталась с Петровым и поселилась в грасском доме Бунина []. В написанной ею книге «Грасский дневник» воспроизводится почти идиллическая атмосфера, царившая на вилле: «По утрам срезаю розы… Наполняю кувшины в доме цветами». Эти записи контрастируют с дневниковыми признаниями Муромцевой: «Сегодня я совсем одна. Может быть, это лучше — свободнее.
Но тоска ужасная» []. Кузнецова жила в Грасе с перерывами вплоть до года; в м она переехала в США []. В году к обитателям грасской виллы примкнул писатель Леонид Зуров , ставший впоследствии наследником бунинского архива. Его знакомство с Иваном Алексеевичем произошло по переписке. Заочное общение завершилось приглашением во Францию; Бунин лично обещал похлопотать насчёт визы и найти деньги на переезд. По свидетельству Кузнецовой, молодой человек появился в доме с чемоданами, в которых находились чёрный хлеб, чтимые Буниным антоновские яблоки, липовый мёд.
Работа Зурова в качестве секретаря Ивана Алексеевича длилась несколько лет, но его отношения с Буниными сохранялись в течение десятилетий []. Первое выдвижение Бунина на Нобелевскую премию по литературе состоялось вскоре после прибытия писателя во Францию. У истоков нобелевского «русского проекта» стоял прозаик Марк Алданов , написавший в году в одной из анкет, что в эмигрантской среде наиболее авторитетные фигуры — это Бунин, Куприн и Мережковский; их совместная кандидатура, выставленная на награду, могла бы поднять престиж «изгнанной русской литературы».
С предложением о такой номинации Алданов обратился к Ромену Роллану. Тот ответил, что готов поддержать Бунина отдельно, но не в связке с Мережковским. Кроме того, французский прозаик заметил, что если бы среди претендентов был Горький, то он отдал бы своё предпочтение ему. В итоге Роллан внёс в предложенный Алдановым список изменения: в письме, отправленном в Нобелевский фонд , он указал три фамилии — Бунин, Горький и Бальмонт.
У Нобелевского комитета возникли вопросы по каждой из кандидатур, и премию за год получил поэт из Ирландии Уильям Йетс. В дальнейшем писатели-эмигранты не оставляли попыток выдвижения Бунина. Так, в году Алданов вёл об этом переговоры с Томасом Манном. Тот сначала сообщил, что, уважая Ивана Алексеевича, затрудняется сделать выбор между ним и другим русским писателем — Иваном Шмелёвым.
Позже Манн признался, что поскольку в списке кандидатов есть представитель немецкой литературы, то он как немец готов проголосовать именно за него [] [].
О присуждении Бунину премии за год первой узнала Муромцева. Согласно её воспоминаниям, утром 9 ноября к ним на грасскую виллу пришла телеграмма от шведского переводчика Кальгрена, задавшего вопрос о гражданстве Ивана Алексеевича. В Швецию был отправлен ответ: «Русский изгнанник». Днём Бунин и Галина Кузнецова отправились в кинематограф.
Во время сеанса в зале появился Леонид Зуров, попросивший писателя прервать просмотр и вернуться домой, — по словам секретаря, Вера Николаевна приняла телефонный звонок из Стокгольма ; несмотря на плохое качество связи, она сумела разобрать фразу: «Ваш муж — лауреат Нобелевской премии, мы хотели бы поговорить с мсье Буниным!
Информация о награде распространилась быстро — уже к вечеру в Грас прибыли журналисты и фотокорреспонденты. Литератор Андрей Седых , временно взявший на себя часть секретарских обязанностей, рассказывал впоследствии, что в тот день у Буниных не было денег и нечем было оплатить работу курьеров, постоянно приносивших поздравительные телеграммы [].
Официальный текст Шведской академии гласил, что «Нобелевская премия по литературе… присуждается Ивану Бунину за строгое мастерство, с которым он развивает традиции русской классической прозы» [].
В творческой среде реакция на премию оказалась неоднозначной. Так, если композитор Сергей Рахманинов в числе первых прислал из Нью-Йорка телеграмму со словами «Искренние поздравления» [] , то Марина Цветаева выразила несогласие с решением академии — поэтесса заметила, что Горький или Мережковский в гораздо большей степени заслуживали награды: «Горький — эпоха, а Бунин — конец эпохи» [].
Вручение премии состоялось 10 декабря года в концертном зале Стокгольма. В нобелевской речи, над которой писатель работал в течение долгого времени, Бунин отметил, что премия впервые присуждена литератору-изгнаннику.
Нобелевскую медаль и диплом лауреата ему вручил король Швеции Густав V []. Писатель получил чек на шведскую крону франков []. Часть премии Иван Алексеевич перечислил нуждающимся. По его словам, в первые же дни после известия о решении академии на его адрес поступило почти писем от людей, попавших в сложную финансовую ситуацию, поэтому «пришлось раздать около франков» [].
В начале Второй мировой войны Бунины переехали на высокогорную виллу «Жаннет», находившуюся на выезде из Граса, рядом с Наполеоновской дорогой. Там Иван Алексеевич и Вера Николаевна почти безвыездно прожили около шести лет. Кроме них, на вилле постоянно находились друзья и знакомые семьи. В году в Грас вернулся Леонид Зуров []. В доме Бунина нашли временное укрытие американский пианист Александр Либерман и его жена. Согласно воспоминаниям Либермана, в году, когда он с супругой, узнав о предстоящих арестах иностранных евреев в Каннах , искал «подполье», Иван Алексеевич настоял на их заселении в «Жаннет»: «Так мы и сделали — и провели у него несколько тревожных дней» [].
С по год в доме Бунина находился литератор Александр Бахрах , который сам пришёл на виллу с просьбой дать ему убежище. Муромцева устроила для него обряд крещения в небольшой церкви, а Зуров через знакомого священника оформил документы, которые во время ареста на улице спасли Бахраху жизнь [] []. Впоследствии Александр Васильевич издал книгу «Бунин в халате», в которой, в частности, упомянул, что среди гостей писателя была и внучка Пушкина — Елена Розенмайер, привезённая Иваном Алексеевичем из Ниццы [].
Художница Татьяна Логинова-Муравьёва, бывавшая в Грасе в годы войны, рассказывала, что Бунин постоянно слушал по радио английские и швейцарские сводки новостей []. В его кабинете были развешаны карты, на которых писатель стрелками делал пометки. В дневниках он почти ежедневно фиксировал информацию о движении советских войск []. Из радиосообщений и писем Иван Алексеевич узнавал о судьбах друзей: «Умерли Бальмонт и профессор Олан. Исчез из мира и из моей жизни Бальмонт!
За время войны вилла «Жаннет» утратила свою изначальную респектабельность: перестала функционировать отопительная система, возникли сложности с водо- и электроснабжением, обветшала мебель [].
В письмах знакомым Бунин упоминал про «пещерный сплошной голод» []. Бунин, ссылаясь на голод, пробовал установить контакт с СССР через знакомых советских писателей. Я получил открытку от писателя Ивана Алексеевича Бунина, из неоккупированной Франции. Он пишет, что положение его ужасно, он голодает и просит помочь ему в том, чтобы наши издательства, переиздававшие его книги, оказали ему материальную помощь. Неделей позже писатель Телешов также получил от него открытку, в которой Бунин говорит уже определённее: «Хочу домой».
Нобелевская премия была потрачена, новых публикаций не предвиделось; по воспоминаниям Зурова, к Бунину поступали предложения о работе в изданиях, выходивших на оккупированных землях, но Иван Алексеевич отвечал отказом [].
В те дни он писал: «Был я богат — теперь, волею судеб, вдруг стал нищ… Был знаменит на весь мир — теперь никому в мире не нужен… Очень хочу домой! В письме Бунин отметил, что согласен на любые условия. Андрей Седых, специально для этого проекта создавший в Нью-Йорке издательство «Новая земля», в году выпустил « Тёмные аллеи » на русском языке тиражом экземпляров. С английским вариантом книги возникло много проблем, и она вышла в свет уже после войны.
За «Тёмные аллеи» Бунину было выплачено долларов []. Бунин был дворянином по происхождению, однако его образ жизни — особенно в молодости — оказался сродни разночинскому. Рано покинув родительский дом и до конца жизни не обретя собственного , он привык рассчитывать только на себя [88]. В течение многих лет его пристанищем были съёмные углы, меблированные номера, гостиницы — он жил то в «Столичной», то в « Лоскутной », то в деревне, то на квартирах у друзей [46]. В частных беседах писатель признавался, что с юности его терзали «противоречивые страсти» [].
Поэтесса Ирина Одоевцева предполагала, что и необузданный нрав, и способность к героическим поступкам во многом определялись его наследственностью: «нервность он получил… не только от отца-алкоголика, но и от мученицы матери» [].
Люди, общавшиеся с Иваном Алексеевичем, обращали внимание на его необычно острое обоняние, слух и зрение — сам он называл свою сверхчувствительность «нутряной» [].
![Бунин деревня краткое содержание](https://i.ytimg.com/vi/u_3A2z7Bd1w/maxresdefault.jpg)
По словам Бунина, в молодости он легко различал звёзды, которые другие люди могли рассмотреть лишь с помощью мощных оптических приборов; благодаря отменному слуху мог за несколько вёрст от дома услышать звук приближающихся лошадиных колокольчиков.
Столь же обострёнными были и его «душевное зрение и слух» []. Мемуаристы писали о «барской осанке» Бунина [] , его врождённой элегантности, умении свободно держаться и естественно чувствовать себя в любом обществе. По замечанию жены Куприна Марии Карловны, её муж — даже в самых модных костюмах — рядом с Иваном Алексеевичем выглядел нескладным и неловким []. Татьяна Логинова-Муравьёва, присматривавшаяся к внешности Бунина как художница, обращала внимание на подвижность всех черт его лица; порой казалось, что даже глаза его способны менять цвет в зависимости от настроения: они могли быть зелёными, серыми, голубыми.
Писатель знал о своей «многоликости», поэтому неохотно соглашался на предложения художников поработать над его портретами []. Лучшим временем для работы Бунин считал утро — как правило, он садился за письменный стол до завтрака []. О его строгости к слову и любому знаку препинания было известно и редакторам, и коллегам, — Куприн в разговоре с Иваном Алексеевичем однажды заметил, что у того «в каждой строке виден пот» []. По воспоминаниям сотрудника парижского журнала «Современные записки» Марка Вишняка , отношение к построению фразы в тексте порой доходило у Бунина до «болезненной щепетильности»; в издательства, с которыми он сотрудничал, перед сдачей рукописи в печать поступали его срочные телеграммы с просьбами поменять слово или переставить запятую.
Мнения современников о характере Бунина оказались противоречивыми. В одних воспоминаниях он был представлен лёгким, остроумным собеседником [] , которого тем не менее нельзя было назвать открытым человеком []. Другие писали, что в творческой среде он воспринимался как литератор резкий, неуживчивый, неучтивый [].
По словам Ирины Одоевцевой , порой он «мог быть очень неприятен, даже не замечая этого». Иван Алексеевич весомо помогал тем, кто нуждался в поддержке, но при этом любил, чтоб ученики сопровождали его на мероприятиях, — такая публичная демонстрация «свиты» порой раздражала его коллег, называвших последователей писателя «бунинским крепостным балетом» [].
Прожив во Франции 33 года, Бунин так и не овладел полностью французским языком и не писал на других языках, кроме русского. По признанию Бунина, он никогда не умел правильно распоряжаться деньгами [] , и Нобелевская премия, которая, по расчётам друзей, могла обеспечить писателю безбедную старость, была растрачена очень быстро.
Бунины не приобрели собственного жилья, не отложили никаких сумм «на чёрный день» []. Андрей Седых, разбиравший вместе с Иваном Алексеевичем почту, поступавшую в Грас после получения премии, вспоминал о письмах, приходивших со всего мира. Когда некий моряк просил писателя отправить ему 50 франков, тот откликался на просьбу []. Столь же легко он одаривал малознакомых поклонниц, а Вера Николаевна раздавала литераторам деньги на издание книг или оплату учёбы.
Писательница Зинаида Шаховская утверждала, что открытый дом Буниных привлекал и недобросовестных издателей, и адвокатов с сомнительной репутацией. Непрактичность семьи привела к тому, что через три года после получения премии Иван Алексеевич написал в дневнике : «Агенты, которые вечно будут получать с меня проценты, отдача Собрания сочинений бесплатно… С денег ни копейки доходу… И впереди старость. Выход в тираж» []. После войны Бунины вернулись в парижскую квартиру.
В июне года в Советском Союзе вышел указ «О восстановлении в гражданстве СССР подданных бывшей Российской империи, а также лиц, утративших советское гражданство, проживающих на территории Франции» [].
Как писала в те дни Вера Николаевна, обнародование документа вызвало много волнений в эмигрантской среде, в некоторых семьях произошёл раскол: «Одни хотели ехать, другие — оставаться» []. Бунин, отвечая на вопрос корреспондента «Русских новостей» об отношении к указу, сдержанно заметил, что надеется на распространение этой «великодушной меры» и на другие страны, где живут эмигранты, — в частности, на Болгарию и Югославию.
Кроме того, посол лично пригласил Бунина на завтрак; во время встречи Ивану Алексеевичу было предложено вернуться на родину. По словам Богомолова, писатель поблагодарил за предложение и обещал подумать [] []. Вот что вспоминает об этом Константин Симонов [] :. Заговорив о возвращении, он сказал, что, конечно, очень хочется поехать, посмотреть, побывать в знакомых местах, но его смущает возраст. Поздно, поздно Я уже стар, и друзей никого в живых не осталось.
Из близких друзей остался один Телешов, да и тот, боюсь, как бы не помер, пока приеду. Боюсь почувствовать себя в пустоте. А брать паспорт и не ехать, оставаться здесь с советским паспортом — зачем же брать паспорт, если не ехать? Раз я не еду, буду жить так, как жил, дело ведь не в моих документах, а в моих чувствах Константин Симонов. Возвращение не состоялось, и Бунин, имея эмигрантский паспорт , до последних дней оставался человеком без гражданства [].
В послевоенный период начали восстанавливаться связи с советскими литераторами. Константин Симонов, знакомство с которым произошло на одном из собраний, не раз бывал у Бунина дома. Судя по дневникам Муромцевой, её несколько насторожили разговоры о благополучии Симонова, а сообщение о наличии у него секретарей и стенографисток заставило задуматься о проблемах писателей-эмигрантов: «У Зайцева нет [пишущей] машинки, у Зурова — минимума для нормальной жизни, у Яна [Ивана Алексеевича] — возможности поехать, полечить бронхит» [].
В ту пору Бунину были переданы некоторые литературные произведения, выходившие в СССР, — так, он прочитал и очень тепло отозвался о « Василии Тёркине » Александра Твардовского и рассказе «Корчма на Брагинке» Константина Паустовского []. В году Бунин, у которого была диагностирована эмфизема лёгких , по настоянию врачей отправился на курорт Жуан-ле-Пен , расположенный на юге Франции [].
Пройдя курс лечения, он вернулся в Париж и сумел принять участие в мероприятии, организованном друзьями в его честь; осенью того же года состоялось его последнее выступление перед большой аудиторией []. Вскоре Иван Алексеевич обратился к Андрею Седых с просьбой о помощи: «Я стал очень слаб, два месяца пролежал в постели, разорился совершенно… Мне пошёл й год, и я так нищ, что совершенно не знаю, чем и как буду существовать».
Седых сумел договориться с американским филантропом Фрэнком Атраном о перечислении писателю ежемесячной пенсии в размере 10 франков. Эти деньги направлялись Бунину до года; после смерти Атрана выплаты прекратились []. В октябре года состояние здоровья Ивана Алексеевича резко ухудшилось. В доме почти постоянно находились друзья семьи, помогавшие Вере Николаевне ухаживать за больным, в том числе Александр Бахрах; ежедневно приезжал доктор Владимир Зернов [].
За несколько часов до смерти Бунин попросил жену почитать ему вслух письма Чехова. Как вспоминал Зернов, 8 ноября его вызывали к писателю дважды: в первый раз он провёл необходимые медицинские процедуры, а когда прибыл повторно, Иван Алексеевич был уже мёртв []. Причиной смерти, по словам доктора, стала сердечная астма и склероз лёгких.
Похоронили Бунина на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа []. Памятник на могиле был сделан по рисунку художника Александра Бенуа []. Бунин, издавший несколько поэтических сборников и получивший за них две Пушкинские премии, долгое время имел в литературном сообществе репутацию старомодного пейзажиста []. В годы его молодости русская поэзия искала новые формы для самовыражения, и приверженец классики Бунин выглядел консервативным на фоне Брюсова, принесшего в лирику «дыхание городских улиц», или раннего Блока с его неустроенными героями, внедряющимися в самую гущу жизни [].
Как писал в своей рецензии Максимилиан Волошин , откликнувшийся на бунинский сборник «Стихотворения» —, издательство «Знание» , Иван Алексеевич оказался в стороне «от общего движения в области русского стиха». В то же время, по словам Волошина, с точки зрения живописи поэтические картины Бунина достигли «конечных точек совершенства» [].
Кроме того, современники Ивана Алексеевича связывали его поэтические зарисовки с пейзажами из прозаических произведений Тургенева и Чехова []. В первых десятилетиях XX века критики желали Бунину быстрее избавиться от «перепевов» и выйти на самостоятельную дорогу в поэзии []. Основной темой в ранних стихах Бунина была природа с её временами года, «седым небом» и «лесами на дальних косогорах» []. Стихотворений о любви у Бунина немного, но интимные переживания его персонажей стали своеобразным прологом к прозаическим произведениям Ивана Алексеевича, написанным гораздо позже.
К примеру, в его любовной лирике есть та чувственность, которая свойственна герою «Митиной любви» «Я к ней вошёл в полночный час. Дебют Бунина как прозаика состоялся в году, когда в петербургском журнале « Русское богатство » был напечатан его рассказ «Деревенский эскиз», позже получивший другое название — «Танька». Редактор «Русского богатства» Николай Михайловский после знакомства с рукописью написал двадцатитрёхлетнему автору, что со временем из него «выйдет большой писатель» [].
В последующие годы в разных изданиях были опубликованы его рассказы «Кастрюк» , «На край света» , « Антоновские яблоки », «Маленький роман» и другие. Критики проявляли к творчеству молодого Бунина сдержанный интерес, упоминали про «поэтические краски», присутствующие в его прозе [] , однако до поры до времени ни одно из сочинений Ивана Алексеевича не воспринималось в литературном сообществе как большое событие [].
По замечанию Корнея Чуковского , его ранним «полуэлегиям, полуновеллам… не хватало железа и камня» []. Перелом произошёл после выхода повести « Деревня ». Бунин начал работать над ней в году, читал отрывки в литературных кружках, и о произведении заговорили задолго до сдачи рукописи в печать. Первая часть «Деревни» была опубликована в « Современном мире » в марте года, а первая рецензия появилась ещё до выхода номера в свет — обозреватель газеты «Утро России» В.
Батуринский сумел познакомиться в редакции с корректорским вариантом и, опередив коллег, подготовил рецензию, в которой назвал повесть «выдающимся произведением текущего сезона» []. В дискуссию по поводу «Деревни» включились и критики, и литераторы: автору предъявляли претензии в «утрате чувства художественного правдоподобия» Г.
Полонский [] ; его обвиняли в том, что он «струсил собственных этюдов и эскизов» Александр Амфитеатров [] ; о повести писали как о «возмутительной, насквозь лживой книге» А. Яблоновский []. Маркс » предложило писателю заключить контракт о выпуске Полного собрания его сочинений.
В том же году появился рассказ Бунина « Господин из Сан-Франциско ». По свидетельству Муромцевой, замысел произведения возник у Ивана Алексеевича во время их путешествия на пароходе, следовавшем из Италии.
Среди пассажиров началась дискуссия о социальном неравенстве, и писатель предложил своему оппоненту представить их судно в разрезе: на верхней палубе люди прогуливаются и пьют вино, а в нижних отсеках они работают: «Справедливо ли это?
Более сдержанно оценил это произведение Александр Измайлов , которому история про богатого летнего американца, отправившегося в Старый Свет за развлечениями, показалась чересчур растянутой, — по мнению критика, она могла бы уместиться в формате небольшой зарисовки [].
История про гимназистку Олю Мещерскую, застреленную на вокзале казачьим офицером, была придумана писателем во время прогулок по кладбищу острова Капри , когда на одном из надгробий он увидел портрет жизнерадостной девушки []. Юная героиня рассказа представляет собой тот особый женский тип, который всегда был интересен Ивану Алексеевичу, — в ней есть загадочность, подчиняющая мужчин и заставляющая их совершать безрассудные поступки.
В ту же галерею роковых женских образов, обладающих природным даром очаровывать, входят персонажи бунинских рассказов «Клаша» и «Аглая», а также созданной уже в эмиграции повести «Митина любовь» []. Они относятся не к сюжету, а к глубине чувств, испытываемых юным героем, и заставляют вспомнить о душевных терзаниях молодого Бунина, потерявшего Варвару Пащенко.
Её черты — «непостоянство, недостоверность чувств» — угадываются в образе Кати. Эта повесть, по стилистике напоминающая большое стихотворение в прозе, знаменует новый этап в творчестве Бунина:. До Бунина так о любви не писали.
Бунинское новаторство состоит в том, что современная смелость «модерность», как тогда говорили в изображении чувств героев сочетается с классической ясностью и совершенством словесной формы. Переживания Мити, наделённого сверхобычной эмоциональностью, способного ощущать с непомерной остротой, болью и блаженством пробуждение природы и самого себя… — несомненно, автобиографичны [].
Книга «Тёмные аллеи» — , над которой писатель работал в предвоенные и военные годы, вызвала неоднозначную реакцию среди коллег и читателей Бунина. Если поэт Глеб Струве назвал произведения, включённые в сборник, «лучшими рассказами о любви-страсти в русской литературе», то Марк Алданов сообщил автору о письмах, поступавших в редакцию « Нового журнала », который напечатал несколько новелл.
По словам Алданова, подписчики издания возмущались избытком эротических сцен, а некий учёный прислал письмо с вопросом: «Ну как же можно? У меня жена» []. Замысел романа « Жизнь Арсеньева » — книги, повлиявшей на решение Шведской академии о присуждении Нобелевской премии, — появился у Бунина в октябре года, в канун его пятидесятилетнего юбилея [].
Несколько позже, в м, писатель сделал предварительные намётки, в которых попытался обозначить канву произведения о взрослении и становлении человека. Изначально его названия варьировались: «Книга моей жизни», «У истока дней», «Безымянные записки» []. Задумка формировалась несколько лет, а непосредственная работа началась 27 июня года [].
Судя по воспоминаниям Муромцевой, всякий раз, завершая очередную часть, Иван Алексеевич намеревался прекратить работу — он утверждал, что «жизнь человеческую написать нельзя». В итоге Бунин создал пять частей и «довёл» своего героя Алексея Арсеньева до двадцатилетнего возраста []. Исследователи не пришли к единому мнению относительно жанра бунинского романа.
Литературовед Борис Аверин , изучавший творческую историю произведения, заметил, что ранние авторские рукописи, в которых отразился «ход памяти», позволяют говорить о «Жизни Арсеньева» как о мемуарной прозе. В то же время при внесении правок Иван Алексеевич сознательно дистанцировался от героев произведения — он поменял имена и удалил из текста те подробности, в которых бы угадывались эпизоды его собственной биографии [].
По мнению литературоведа Анны Саакянц, «Жизнь Арсеньева» объединила несколько жанров — в книге переплелись художественная биография, мемуары, лирико-философская проза. Литературовед Игорь Сухих писал, что в основе романа — «поэтическое преображение прошлого» [88]. Сам Бунин настоятельно просил не воспринимать историю Алексея Арсеньева как историю автора; он пояснял, что «Жизнь Арсеньева» — это «автобиография вымышленного лица» [].
Пятая часть произведения, изначально именовавшаяся «Лика», названа исследователями самой главной: именно в ней происходит взросление героя, переживающего первое острое чувство.
Испытание любовью рождает в нём художника и поэта [].
![Бунин деревня краткое содержание](https://literoved.ru/wp-content/uploads/2021/10/derevnya-870x400.jpg)
Предположения о том, что прототипом возлюбленной Алексея Арсеньева Лики является Варвара Пащенко, неоднократно опровергались Муромцевой. По её словам, в героине соединились черты тех женщин, которых в разные годы любил Бунин.
К примеру, внешне героиня «Жизни Арсеньева» в большей степени напоминает первую жену писателя — Анну Николаевну Цакни; отдельные эпизоды воспроизводят детали отношений, складывавшихся между Буниным и самой Муромцевой []. Однако чувство, испытываемое Алексеем Арсеньевым по отношению к Лике, во многом совпадает с переживаниями молодого Бунина.
Финальные строки романа «Недавно я видел её во сне…» близки признанию, которое прозвучало в одном из писем Ивана Алексеевича после расставания с Пащенко: «Я видел тебя нынче во сне — ты будто лежала, спала, одетая, на правом боку» []. В «Жизни Арсеньева» Буниным сделано то, о чём, сам того не понимая, мечтал молодой Арсеньев, когда жаждал писать и не знал, что писать.
Здесь показано самое простое и самое глубокое, что может быть показано в искусстве: прямое видение мира художником: не умствование о видимом, но самый процесс видения, процесс умного зрения []. В дореволюционный период многие современники Бунина видели в нём лишь холодноватого бытописателя, с ностальгией вспоминающего об исчезающих дворянских гнёздах. Появление его полемических заметок, статей и очерков, посвящённых октябрьским событиям, позволило читателям увидеть другого Бунина — язвительного и едкого [] , воспринявшего революцию как русский бунт, а его участников — как действующих лиц из романа « Бесы ».
По словам литературоведа Олега Михайлова , многие статьи Ивана Алексеевича, написанные в ту пору, были сродни монологам персонажей Достоевского []. В эмигрантской прессе х годов Бунин выступал с публикациями, в которых, с одной стороны, настаивал на отказе от компромиссов с большевиками, с другой — давал высокие оценки лидерам белого движения. Генерала Деникина писатель знал лично и отзывался о нём как о человеке благородном и простом в общении.
Адмирал Александр Колчак , по утверждению Ивана Алексеевича, заслужил особое место в истории: «Настанет время, когда золотыми письменами… будет начертано его имя в летописи русской земли» [].
В году парижская эмигрантская газета « Возрождение » начала публиковать отрывки из дневников Бунина, получивших название «Окаянные дни». Исследователи обращают внимание на то, что ежедневные записи, которые Иван Алексеевич вёл в —х годах, отличаются от дневников, представленных в книжном варианте.
Писатель подготовил к печати не столько календарный, сколько мозаичный дневник, включающий множество разрозненных фрагментов. Первая часть «Окаянных дней» состоит в основном из миниатюрных зарисовок, воссоздающих общую атмосферу в послереволюционной Москве: писатель фиксирует тексты уличных плакатов, газетные заголовки, случайные реплики прохожих.
Образ города создаётся за счёт выхваченных из толпы лиц, мелькающих с калейдоскопической быстротой, как на моментальной фотографии. Во второй части, повествующей об Одессе года, преобладают короткие рассказы и заметки [].
Был В. Катаев молодой писатель. Цинизм нынешних молодых людей прямо невероятен. Говорил: «За сто тысяч убью кого угодно. Я хочу хорошо есть, хочу иметь хорошую шляпу, отличные ботинки…» Вышел с Катаевым, чтобы пройтись, и вдруг на минуту всем существом почувствовал очарование весны, чего в нынешнем году в первый раз в жизни не чувствовал совсем [].
Со второй половины х годов политический посыл начал постепенно уходить из бунинской публицистики — писатель сосредоточился на литературно-критических статьях и мемуарах, выпустил книгу «Освобождение Толстого» , написал очерки о Семёновых-Тян-Шанских и поэтессе Анне Буниной, приступил к мемуарам о Чехове, которые остались незавершёнными и были изданы Муромцевой уже после смерти Ивана Алексеевича [].
Прежняя полемичность вернулась к Бунину во время работы над книгой «Воспоминания», вышедшей в году, — в ней, по мнению исследователей, восьмидесятилетний писатель продемонстрировал тот темперамент, что был ему свойствен в послереволюционную пору []. Как рассказывал Андрей Седых, навестивший Ивана Алексеевича в Париже летом года, в один из дней хозяин дома прочитал гостям отрывки из ещё не дописанных «Воспоминаний». Присутствовавшие при чтении писательница Тэффи и поэт Георгий Адамович испытали некоторое смятение от тех жёстких оценок, которые Бунин дал многим своим современникам.
Седых постарался смягчить ситуацию фразой: «Добрый же вы человек, Иван Алексеевич! Всех обласкали» []. Бунин, оставивший гимназию после четвёртого класса, постоянно занимался самообразованием. Так, в шестнадцатилетнем возрасте он начал серьёзно изучать английский язык, а в зрелые годы — ради чтения и переводов произведений Адама Мицкевича — самостоятельно освоил польский.
Дебют Ивана Алексеевича в качестве переводчика состоялся во второй половине х годов. Сам он впоследствии признавался, что, взявшись за переложение на русский язык трагедии Шекспира « Гамлет », «мучил себя над ним с необыкновенным и все возраставшим наслаждением».
В разные периоды жизни Бунин обращался как переводчик к драмам Байрона , стихотворениям Теннисона , сонетам Петрарки , лирическим произведениям Гейне [].
Бунинский перевод поэмы « Песнь о Гайавате », впервые опубликованный в газете «Орловский вестник» в году, критики называли «высокопоэтичным» []. Однако «Песнь…» — не единственное сочинение американского поэта, заинтересовавшее Ивана Алексеевича. В году был опубликован его перевод стихотворения Генри Лонгфелло «Псалом жизни». Текстологический анализ, проведённый лингвистами, показал, что для двух произведений Бунин использовал разные приёмы.
Разницу в подходах лингвисты объясняют «художественной природой» оригиналов, которые либо задают для переводчика определённые рамки, либо позволяют выйти за них [].
Бунин, творческий почерк которого начал формироваться на рубеже XIX и XX веков, был далёк от возникших в ту пору течений и считал себя свободным от влияния каких бы то ни было литературных школ []. Исследователи называли его одним из самых «труднопостигаемых художников» [] , потому что даже при попытках определить его творческий метод возникали самые разные варианты, в том числе «реалистический символизм», «необыкновенный реализм», «скрытый модернизм» [].
![Бунин деревня краткое содержание](https://briefly.ru/static/cache/illustrations/720/42.jpeg)
Автор монографии о Бунине Юрий Мальцев считал, что Иван Алексеевич — прозаик, существовавший вне привычных культурологических направлений, и это дало повод филологу Тамаре Никоновой заметить: в наследии Ивана Алексеевича нет «единой, всё объясняющей и объединяющей схемы или системы» []. Текстологи, изучая рукописи Бунина, обратили внимание на то, что он, как правило, начинал работу над очередным произведением без предварительных планов. Писатель не рисовал схем, показывающих взаимоотношения персонажей, не продумывал очерёдность глав — он сразу воспроизводил готовую историю [] , которую в дальнейшем шлифовал и совершенствовал, добиваясь точной интонации и максимальной выразительности.
Иногда его рассказы рождались моментально к примеру, «Лёгкое дыхание» Бунин написал с «восхитительной быстротой» ; иногда на поиски нужного слова уходили часы и даже дни: «Я начинаю писать, говорю самую простую фразу, но вдруг вспоминаю, что подобную этой фразе сказал не то Лермонтов , не то Тургенев.
![Бунин деревня краткое содержание](https://i.ytimg.com/vi/6KnDKFkXYGU/hqdefault.jpg?sqp=-oaymwEmCOADEOgC8quKqQMa8AEB-AHUBoAC4AOKAgwIABABGDcgXihyMA8=&rs=AOn4CLDyGh5u32XQ6ol0YRaxRTTZIqLA6A)
Перевёртываю фразу на другой лад, получается пошлость» []. Эта сложная работа происходила уже в ту пору, когда процесс сочинения был запущен, когда в сознании автора не только сложилась история, но и оформились звук, ритм, мелодия рассказа или повести [].
В течение десятилетий творческий почерк Бунина менялся. Его ранние рассказы, словно родившиеся из его же ранних стихотворений, были лиричными и почти бессобытийными. Такие произведения, как «Антоновские яблоки», «Золотое дно», «Новая дорога», элегичны, тонки и музыкальны, а рассказчик в них — созерцатель и наблюдатель, напоминающий героя поэтических произведений [] [].
В первой половине х годов сюжетная основа бунинских произведений несколько усложнилась, хотя писатель по-прежнему не стремился к «внешней занимательности» или увлекательности повествования, — на первый план у него вышел человек, судьба и мироощущение которого раскрывались на фоне времени, причём для создания конкретной истории писателю порой хватало нескольких повседневных эпизодов.
В ту пору Горький, оценивая ритм и интонацию рассказов Ивана Алексеевича, говорил: «Он так стал писать прозу, что если скажут о нём: это лучший стилист современности — здесь не будет преувеличения» []. В годы Первой мировой войны тематика произведений Бунина расширилась — в сферу его интересов вошли другие страны, культуры и цивилизации.
Среди его героев — переживающий из-за потери невесты цейлонский рикша «Братья» , американский миллионер, умирающий в гостинице на Капри «Господин из Сан-Франциско» , молодой немецкий учёный, мечтающий вписать своё имя в историю науки «Отто Штейн».
В этот период в произведениях Бунина появился социальный пафос, а их создание, по признанию автора, сопровождалось внутренними «публицистическими монологами»: «Горе тебе, Вавилон , город крепкий! В эмиграции социальные мотивы практически полностью ушли из творчества Бунина, писатель вновь вернулся к стремлению раскрыть внутренний мир отдельного человека, но уже в другом ракурсе, вне привязки к конкретной исторической эпохе с её надломами и потрясениями: «Остались любовь, страдания, тоска по идеалу» [] [].
По мнению литературоведа Ольги Сливицкой, содержание прозы Бунина в определённый момент начало укладываться в модель «Космос и душа человека», когда героев того или иного времени заменил «человек как часть Вселенной» [].
Подобно тому как атом, невообразимо малая часть солнечной системы, повторяет в себе всю её структуру, так и человек — и противостоит Космосу, и включает его в себя []. Писатель Иван Наживин в романе- памфлете «Неглубокоуважаемые! По мнению Наживина, нобелевский лауреат не создал ни одного типа или образа, которые могли бы войти в историю русской литературы наравне с Наташей Ростовой , Лизой Калитиной , Евгением Онегиным , Тарасом Бульбой , Раскольниковым , Хлестаковым , Обломовым и другими героями.
Персонажи Бунина — это «мутные пятна, призраки, слова», утверждал Наживин []. Литературовед Татьяна Марченко, отвечая на его упрёки, заметила, что все упомянутые Наживиным типы и архетипы были представителями определённого времени или социальной среды. Бунин — возможно, неосознанно — развивал эти же характеры, но с учётом «неиспользованных возможностей»: «не Татьяна, разлучённая с Онегиным, но Татьяна, соединившаяся с Буяновым или с Иваном Петушковым и т. Так, переживания героя «Митиной любви» соотносятся со страданиями гётевского Вертера , нажимающего на курок из-за личной драмы.
Но если Вертер кончает жизнь самоубийством из-за «мировой скорби», то бунинский герой — из-за «мирового счастья». Он уходит из жизни с «радостным вздохом», потому что слишком истерзан земными испытаниями.
Незадолго до смерти Митя слышит ночную музыку из оперы Шарля Гуно « Фауст », видит себя воспаряющим над миром — и в этот момент ощущает необычную лёгкость и свободу от страданий.
Одна из фраз, произнесённых героем — «Ах, да когда же всё это кончится! Ещё одним своеобразным открытием Бунина является появление в его прозе коротких, напоминающих миниатюры зарисовок, которые литературный критик Иван Ильин назвал «мечтаниями», а Юрий Мальцев — «фрагментами». Значительная их часть в том числе «Телячья головка», «Журавли», «Роман горбуна», «Первый класс» была представлена в книге «Современные записки» Париж, , где они выглядят как эпизоды из большого, пёстрого, многоголосого произведения.
Иногда они воспринимаются как короткие бытовые анекдоты, иногда — как путевые заметки, но во всех случаях «фрагменты» представляют собой завершённые произведения []. Одной из особенностей творчества зрелого Бунина было его умение организовывать в произведениях внезапные финалы. К примеру, начало рассказа «Руся» , представляющего собой воспоминания безымянного героя, который некогда подрабатывал репетитором на станции недалеко от Подольска , выглядит совершенно обыденным: остановка поезда, ленивый диалог пассажира с женой, кондуктор с фонарём.
Однако постепенно сквозь усыпляющую интонацию начинают проступать приметы мистики. Герой мысленно уходит в прошлое, и та же самая местность «волшебно расцветает». Затем в его сознании появляется девушка-художница, настоящее имя которой — Маруся. Сокращение уходит корнями не то в Русь, не то к русалкам, да и сама героиня, живущая среди болот, «живописна, даже иконописна».
Забытая история любви двадцатилетней давности, завершившаяся драматичным расставанием, благодаря остановке поезда превращается в остановившееся «прекрасное мгновенье» [].
![Бунин деревня краткое содержание](https://knigi-audio.ru/uploads/posts/books/14717/14717.jpg)
Литературоведы обращали внимание на живописность прозы Бунина. Так, Олег Михайлов писал, что для некоторых бунинских рассказов х годов лучшим иллюстратором мог бы стать Михаил Нестеров. Галерея созданных писателем мучеников и праведников среди которых — батрак Аверкий из «Худой травы», кривая нищенка Анисья из «Весёлого двора», сентиментальный слуга Арсений из «Святых», осанистая красавица Аглая из одноимённого рассказа напоминает собравшихся вместе героев нестеровского полотна «На Руси.
Душа народа» []. По мнению Татьяны Марченко, существует также определённое родство между бунинскими пейзажами и работами Виктора Васнецова , с которым писатель был знаком лично. Однако по внутреннему мироощущению проза Ивана Алексеевича ближе картинам Михаила Врубеля. К примеру, его работа « Пан » так же, как «Богатырь», «Сирень», «Царица Волхова» в большей степени отражает языческую стихию рассказа «Руся», чем васнецовская « Алёнушка », считает Марченко. Говоря о влияниях, которые обнаруживаются в прозе Бунина, исследователи чаще всего называют фамилии Льва Толстого, Чехова, Тургенева, Гоголя.
По мнению Олега Михайлова, бунинское изображение человека — с его многослойностью и неисчерпаемостью — во многом идёт от толстовского представления о «текучести характера» [].
Критик Александр Измайлов писал, что Иван Алексеевич — «один из многих заворожённых, зачарованных, увлечённых Чеховым» []. В ранних бессюжетных рассказах Бунина критики слышали то интонации тургеневских стихотворений в прозе, то голос автора из лирических отступлений в поэме « Мёртвые души » []. Сам Бунин писал, что при всей его любви к русской литературе он «никогда никому не подражал» [].
Когда литературовед Пётр Бицилли обратил внимание на некоторое сходство «Митиной любви» с произведением Толстого «Дьявол», начинающимся словами «А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своём», Иван Алексеевич ответил: «Конечно, без Толстого, без Тургенева, без Пушкина мы бы не писали так, как пишем… А если говорить про усвоенность именно Толстого, то так ли это?
Критики и некоторые коллеги Бунина утверждали, что в его позднем творчество собрано такое количество скрытых цитат, реминисценций и образов, заимствованных из русской классики, что впору вести речь об «элементарном эпигонстве». К примеру, Нина Берберова утверждала, что Иван Алексеевич «создавал прекрасное в примитивных формах, готовых и уже существовавших до него».
Возражая тем, кто упрекал писателя в «перепевах» и «пересмотре традиций», литературовед Юрий Лотман заметил: «Именно в этой перспективе раскрывается Бунин-новатор, желающий быть продолжателем великой классической традиции в эпоху модернизма , но с тем, чтобы переписать всю эту традицию заново» []. В течение десятилетий имя Бунина часто упоминалось — в разном контексте — рядом с Горьким.
В их отношениях исследователи выделяют ряд ключевых стадий: период постепенного сближения рубеж XIX и XX веков сменился временем весьма плотного общения е годы , затем последовал разрыв с полным неприятием взглядов друг друга, сопровождаемый публичными, иногда очень жёсткими оценками [].
Знакомство писателей произошло в Ялте в году; согласно мемуарам Бунина, Горький, настроенный на сентиментальный лад, при первой же встрече произнёс: «Вы же последний писатель от дворянства, той культуры, которая дала миру Пушкина и Толстого» []. Через несколько дней Иван Алексеевич отправил Горькому свою книгу «Под открытым небом» [] ; началась переписка, продолжавшаяся около восемнадцати лет [].
Отклики на ранние произведения Бунина со стороны Алексея Максимовича были в основном доброжелательными. К примеру, прочитав рассказ «Антоновские яблоки», Горький написал: «Это — хорошо.
Тут Иван Бунин, как молодой бог, спел» []. Чувствуя растущую симпатию к Алексею Максимовичу, Бунин посвятил ему свою поэму «Листопад». Горький, в свою очередь, пригласил молодого литератора к сотрудничеству в журнале « Жизнь »; затем возглавляемое им издательство « Знание » приступило к выпуску собрания сочинений Бунина.
Начиная с года в газетных новостях имена Горького и Бунина нередко стояли рядом: писатели считались представителями одной и той же литературной группы; Иван Алексеевич посещал премьеры спектаклей, поставленных по пьесам Алексея Максимовича [].
В году Бунин и Муромцева отправились путешествовать по Италии. На острове Капри чета навестила проживавшего там Горького, который, рассказывая об этой встрече в письме, адресованном Екатерине Пешковой , заметил, что Иван Алексеевич по-прежнему деятелен и радует его «серьёзным своим отношением к литературе и слову» [].
Муромцева, вспоминая о долгих диалогах на вилле Спинолла, отмечала, что в ту пору Алексей Максимович и её муж «на многое смотрели по-разному, но всё же главное они любили по-настоящему» [].
- Идиот Краткое Содержание По Главам
- Краткое Содержание Приключения Электроника
- Носов Незнайка В Солнечном Городе Краткое Содержание
- Деревни В Самарской Области
- Образ Обломова Кратко
- Пиковая Дама Краткое Содержание По Главам
- Жизнь И Творчество Чайковского Кратко
- Белые Ночи Содержание
- Братья Карамазовы О Чем Кратко
- Городня Краткое Содержание